Кассационный суд в Москве отказался отменять приговор адвокатам Навального

Второй кассационный суд общей юрисдикции в Москве отказал в жалобе на приговор адвокатам Алексея Навального Вадиму Кобзеву и Алексею Липцеру, осужденным по делу об участии в «экстремистском сообществе». Об этом сообщает корреспондент «Медиазоны» из зала суда.

В кассационных жалобах адвокаты Кобзева и Липцера просили отменить приговор и прекратить уголовное дело.

Адвокат Кобзева Андрей Гривцов назвал приговор незаконным, так как дело не было подсудно Петушкинскому районному суду Владимирской области. Он также назвал недопустимыми доказательства, полученные при скрытой записи свиданий Навального с защитниками, и незаконным — получение переписок из телефона адвоката Сергунина, так как это нарушало адвокатскую тайну.

«Само по себе такое общение и передача сведений не свидетельствуют о вхождении в экстремистское сообщество», — говорится в его жалобе.

По версии защиты, суд не учел смягчающие обстоятельства у Кобзева, в том числе наличие семьи и длительный срок службы в правоохранительных органах.

«Ну нельзя прослушивать свидания адвокатов с доверителями, это базовый принцип адвокатуры», — сказал адвокат Гривцов в суде.

В судебных решениях по этому делу было разрешено наблюдение за свиданиями Навального «с его адвокатами», что нарушает законный порядок, который требует особого разрешения, подчеркнул он.

«Если сейчас суд согласится, что можно прослушивать свидания адвокатов, так и будет эта адвокатская тайна попираться, вообще нельзя будет осуществлять адвокатскую деятельность полноценно», — сказал он.

«Такое наказание близко к расправе», — сказал Гривцов про почти максимальное наказание ранее не судимому Кобзеву.

Сам Кобзев коротко поддержал жалобу.

Адвокат Анна Ставицкая назвала приговор Липцеру фактически копией обвинительного заключения. Она также сказала, что считает незаконным нарушение адвокатской тайны без специальной санкции суда на это. В передаваемых переписках были бытовые, общественные и политические вопросы, а не признаки «экстремистской деятельности», говорилось в жалобе. Адвокат также отметила, что суд не учел смягчающие обстоятельства.

В суде она добавила, что из 234 листов приговора 215 полностью копируют текст следователя. Постановления пленума Верховного суда прямо запрещают такое копирование, отметила Ставицкая.

В апелляции по этому поводу написали, что, несмотря на копирование, суд проанализировал доказательства самостоятельно. Ставицкая с этим не согласна. Она сказала, что неясно, зачем тогда вообще проводили суд: «Все можно было закончить на стадии предварительного расследования, всем выдать сроки и разъехаться по колониям».

Она добавила, что переживает за здоровье своего подзащитного: у молодого Липцера каждый день давление 140-150. Перед началом заседания сам Липцер, жаловавший на ухудшение зрения, высокое давление и постоянные головные боли, сказал, что со здоровьем все «по-прежнему».

«Никто никогда не думает, что он тоже попадет в такую ситуацию», — добавила адвокат Ставицкая, говоря о пренебрежении адвокатской тайной.

«Нам суд первой и апелляционной инстанции говорит, что ничего страшного тут не случилось, что было решение о прослушке в отношении Навального. Но мы с вами не на облаке живем и являемся юристами, мы прекрасно понимаем, что была подмена понятий», — сказала она. Адвокат настаивала, что нельзя просто по обычной процедуре разрешить прослушку в комнате для свиданий с адвокатами, не учитывая адвокатскую тайну, и утверждать, что якобы прослушивают только самого Навального.

Адвокат Андрей Орлов в жалобе написал, что Липцера осудили в том числе за свидания в ИК-6, куда тот вообще не ходил, так как уже перестал защищать Навального. В апелляции эту часть обвинения сократили, но это никак не повлияло на назначенное наказание, отмечал Орлов в жалобе.

В суде он добавил, что хотя в апелляционном определении по этому поводу сказано, что якобы Липцера в этом не обвиняли, а потом снова написано, что суд первой инстанции якобы «верно установил», что все трое адвокатов участвовали в «экстремистском сообществе» до самого конца.

«Почему, отрезав половину обвинения, мой подзащитный получил срок лишения свободы близкий к максимальному?» — сказал он.

Он считает, что фактически Липцер добровольно прекратил деятельность, которую суд посчитал «экстремистской». Но, отмечал он, Липцер не мог доложить о прекращенной якобы экстремистской деятельности в правоохранительные органы, как настаивало обвинение, потому что это бы нарушило адвокатскую тайну.

«Этого уголовного дела в принципе не должно существовать, так как адвокатская тайна должна быль незыблемой», — сказал Орлов в суде.

Он также добавил, что до сих пор непонятно, в чем заключался экстремизм в конкретных переданных писем.

Сам Липцер в суде сказал, что по этому делу было допущено достаточно нарушений для отмены приговора. Он останавливается на формальной детали, что против него не возбуждалось дело по второй части свиданий в колонии, которые потом легли в основу приговора. Суд, по мнению Липцера, был обязан применить примечание к статье УК о прекращении участии в «экстремистском сообществе», так как он перестал посещать Навального в колонии. При шести смягчающих обстоятельств у него почти максимальное наказание, добавил Липцер.

Прокурор Пономарев выступил против удовлетворения жалоб или изменения приговора. В своей речи он отмечал, что защита не обжаловала подсудность уголовного дела, хотя этот вопрос рассматривался отдельно в том же самом 2-м кассационном суде, где сейчас проходит заседание.

По его словам, они как адвокаты с высшим юридическим образованием должны были понимать, что передача писем Навального будет расценена как участие в деятельности «экстремистского сообщества».

Он перечислил конкретные письма с указаниями для Любови Соболь и Киры Ярмыш. Также Кобзев передавал письмо с манифестом Навального, из текста которого, как подчеркивает прокурор, «любому здравомыслящему человеку» должно было быть понятно, что он направлен на свержение конституционного строя.

Прокурор также процитировал слова Леонида Волкова и Марии Певчих, что Навальный передает им указания из колонии.

Он подчеркнул, прослушка Навального под предлогом того, что он якобы хочет дать взятку кому-то в колонии, была законной и подозрения в преступной деятельности подтвердились. То, что суд не давал санкции на прослушку адвокатов, прокурор Пономарев, не считает нарушением, так как подозрения были именно против Навального.

Назначенное наказание прокурор посчитал соответствующим закону, все смягчающие обстоятельства были учтены.

«Само наказание справедливо. Размеры дополнительных наказаний — [ограничения свободы после заключения] — и так были снижены в апелляционной инстанции», — сказал он.

По поводу Липцера прокурор добавил, что тот не прекратил участие в сообществе, так как, по его словам, продолжал поддерживать связь с Навальным уже через других адвокатов и хранил переписку на рабочем месте.

Трое адвокатов, которые в разное время представляли интересы Алексея Навального — Вадим Кобзев, Алексей Липцер и Игорь Сергунин — были арестованы 13 октября 2023 года.

Следствие решило, что защитники Навального, «используя свой статус», регулярно передавали письма оппозиционера из колонии его соратникам. Таким образом, по логике следователей, через адвокатов Навальный «продолжил осуществлять функции лидера и руководителя экстремистского сообщества».

Признавшего вину и выдавшего переписку адвокатов в телефоне Игоря Сергунина приговорили к трем с половиной годам заключения. Вадиму Кобзеву и Алексею Липцеру суд назначил пять с половиной и пять лет лишения свободы соответственно.

В апреле Сергунин вышел на свободу. Он не стал подавать кассационную жалобу и не пожелал участвовать в сегодняшнем заседании.